Высокая живая изгородь лабиринта через несколько минут пути, как путницы дошли до неё из леса, и углубились в проходы, стала сгущать краски светлого неба.
- Подруга, ты уверена, что мы правильно идем? Я что-то не помню эту часть лабиринта, да и куда нам идти, если тут так много проходов?
Каменная кладка здесь уже была частично разбита, в проходах звучал завывающий ветер, а изгороди казались бесконечно длинными, и в тоже время, они открывали все новые и новые проходы в себе, если сменялся угол обзора.
- Я уже начинаю жалеть о том, что пошла с вами, - цокнула Доротея.
Внезапно, впереди показался кусок угол разрушенной стены, который после переходил в растения. У стены, лицом в угол стоял худощавый незнакомец, в каких-то обносках: свободной рубашке, штаны с подтяжками, старыми ботинками. Незнакомец выглядел как юноша, но не производил звуков и не поворачивался, лишь слегка покачивался из стороны в строну.
- Ой, страшно, - просипела Мариса под ухом Суок.
- Осторожней, я не знаю, кто это, - тихо сказала Доротея, коснувшись плеча Суок, - может пойдем назад?

Парень медленно покачиваясь разворачивается к Суок. Его лицо истощенно, но это никто иной, как ее брат. Сначала, он словно в тумане, шатается, смотря в одну точку, но через секунды уже фокусируется на сестре.
- Су-ок?! - говорит его протяжный незнакомый голос. И голос может измениться от усталости, голос можно спутать спустя столько времени разлуки, но есть и еще что-то, парень выше брата, его тело словно вытянуто, худощавое лицо тоже, его лицо это лицо брата, но все остальное немного иное, нежели она помнит. Что с ним? Может это проклятье, может это воздействие лабиринта, а может это не он? Такое возможно?
- Суок, - тихо шепчет Доротея из-за спины, - Давай-ка назад, - шепчет она, опасаясь невиданного доселе незнакомца.